Бесплатные темы wordpress можно скачать здесь.

СЕНТЯБРЬСКИЕ ВСТРЕЧИ. НА ВОЛНЕ МОЕЙ ПАМЯТИ.

В прошлые два раза мы НА ВОЛНЕ МОЕЙ ПАМЯТИ. ВСЁ, ЧТО БЫЛО НЕ СО МНОЙ, ПОМНЮ…рассказали, что экскурсия экскурсии – рознь…(см.по сноске http://astafiev.permkrai.ru/?p=1428)

20 сентября 2018 года в нашем музее побывали друзья-приятели-писатели и старинные друзья музея Иван Петрович ГУРИН и Фёдор Сергеевич ВОСТРИКОВ. Такого рода экскурсии вписываются в авторскую теорию экскурсий, которые условно можно разделить на три группы…

Музей и писатели приготовили взаимные сюрпризы. Сюрпризы писателей останутся пока тайной музея. На этой встрече состоялось знакомство с аннотацией новой книги издательства МГ «В.Астафьев, В.Распутин. Просто письма…», копиями-муляжами советских наград В.П. Астафьева…И.П.Гурин и Ф.С.Востриков подписали свои книги музею и А.И.Беликову, соседу М.С. и В.П.Астафьевых в 50е годы прошлого века по чусовской улице Нагорной…

На 26 сентября договорились встретиться в Перми у Елены Леонидовны Рождественской, дочери Клавдии Васильевны Рождественской, первого редактора книг В.П.Астафьева. Дата эта выбрана не случайно – в этот день исполняется 80 лет Юнию Алексеевичу Горбунову (см.по сноске http://astafiev.permkrai.ru/?p=1445), а 29 сентября – 79 лет Валентину Яковлевичу Курбатову…

Сказано – сделано. Правда, в этот день Ф.С. Востриков был в отъезде… Но, Бог любит троицу, встретились трое…На этой встрече были воспоминания, телемост с Екатеринбургом — Горбуновым Ю.А. и Ивуниным В.А.(см.по сноске http://astafiev.permkrai.ru/?p=895), фото на память…

Вот такая получилась экскурсия : Чусовой – Пермь, литературный музей Виктора Петровича Астафьева в Чусовом – квартира дочери Клавдии Васильевны Рождественской в Перми…

Ну, а стихи Фёдора Сергеевича Вострикова скрасили его отсутствие на второй встрече :

Урал

Край уральский навеки любимый,
Мой особенный русский уют,
Где стучатся в окошко рябины,
И уралочки спать не дают.
Ты, Урал, всех добрее и проще.
Запоёшь – и тебя не унять.
Соловьями в берёзовых рощах
Задушевные песни звенят.
В самоцветах купаются горы.
И куда ни посмотришь – леса.
Плещет лебедем Камское море,
Отражая в себе небеса.
Крепость духа, влюблённость и силу
Ты поистине в сердце вобрал,
Милый край, – ожерелье России –
Вечно юный и древний Урал.

Изба

Памяти матери

Свистит пурга над ветхою трубою.
Горбатится от снега городьба.
Не назову теперь избу избою –
Да разве, мама, без тебя изба?!
Не пахнет хлебом. Холодно и тихо.
Ни лампы керосиновой в ночи.
Не греет кости баба Кузнечиха,
Дерюгою прикрывшись на печи.
В углу повыцвел Николай Угодник,
Что рисовал Колодин Геродот.
С тобою, мама, кажется сегодня
Остановился востриковский род.
Хотя живут и правнуки, и внуки,
Хотя живут на свете сыновья.
Но как нужны твои родные руки,
Но как нужна добриночка твоя!
Зима сменяется весною синей.
И снова степь полынная в цвету.
Спасибо, мама, что любить Россию
Учила нас, как вере в доброту.
Иду к тебе кладбищенской тропою,
От кашки да шалфея даль светла.
Да разве назовёшь избу избою
Без твоего сердечного тепла?..

Дед

Денис Михайлович – мой дед.
За век познал немало бед:
Крещён японскою войной,
Контужен первой мировой.
На стыке взорванных эпох
Кормил в окопах вшей да блох.
Прошёл и боль, и смерть, и страх.
Домой вернулся – грудь в крестах!
Пахал и жал – он труд любил.
Он раскулачен дважды был.
Хоть жизнь недоброю была –
Не затаил на сердце зла.
Лечился пляской под гармонь,
Частушкой знойной, как огонь.
И начинал опять с нуля.
Давала силушку земля.
Срубил избу среди степей.
И сад разбил. Поднял детей.
Когда от тяжких ран устал,
То внукам землю передал.
С тех пор промчалось много лет.
Лежит в степи мой древний дед.
Где был погост, где сад, изба –
Теперь ерошатся хлеба.
Из тьмы ромашкой, васильком,
Полынью горькой, колоском
Глядит, даруя людям свет,
Денис Михайлович – мой дед.

На свете женщина живёт

На свете женщина живёт,
Меня не любит и не ждёт,
Не ждёт ни писем, ни вестей.
Хранит очаг. Растит детей.
Давно меня среди тревог
Она забыла, я – не смог.
Не смог тогда, смогу ль теперь,
Пройдя сквозь тысячи потерь?
Прошу прощенья у жены,
Что не жена приходит в сны.
Всё та приходит, вдаль маня, –
Не полюбившая меня.

Красавица

Себя несла, как призрачный кувшин.
Природным совершенством поразила.
С сознаньем дела очередь у вин
Красавицу глазами просквозила.
К тому ж от шаловливых сквозняков
Волною знойной платье завернулось.
На комплименты липких мужиков
Была глуха. Прошла, не обернулась.
Не обернулась. Надо ль упрекать,
Мол, ни один не нравится мужчина –
Красавица боялась расплескать
Святое целомудрие кувшина!

Купальщица

Из речки вышла. Огляделась.
Пропахла солнышком насквозь.
Потом тихонечко оделась –
Цветами тело занялось.
Прихорошилась. Прибодрилась.
Поклон отвесила реке,
И незаметно растворилась,
Как птица, в синем далеке.
Но до поры уже вечерней
Река дышала всё ещё
Божественным её свеченьем
И целомудрием её.

Маргарите

Не брежу, не лукавлю и не лгу,
Скажу, как есть,
Судьбою не гонимый, –
Пишу о женщинах не мной любимых,
А о тебе, желанной, не могу.
Прости, родная, грешного меня
За честное, прямое откровенье.
Но ты навек – моё начало дня,
И лучшее моё стихотворенье!

528399 (1)528400 (1)528401 (1)528402 (1)528403 (1)528404 (1)528405 (1)528406 (1)528407 (1)528408 (1)528409 (1)528410528411528412

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *