На сайте wordpress-zone.ru вы можете скачать wordpress шаблоны и другие расширения.

ХХ ЛЕТ ПО СЛЕДАМ ВЕСЁЛОГО СОЛДАТА.

В 2019 году исполнилось 20 лет со дня составления и рассылки «астафьевской» анкеты, ответы на которую стали первоисточником книги В.Маслянка «По следам «Весёлого солдата» (самой книге в 2019 году – 15 лет). Эта анкета давно стала историей, много воды утекло с тех пор и в Чусовой и в Енисее, нет уже никого и в живых из тех легендарных опрашиваемых. В этом году Россия отмечала 95 лет со дня рождения писателя Виктора Астафьева. А тогда, 1 мая 1999 года Виктору Астафьеву исполнилось только 75 лет и праздничные мероприятия в Красноярске длились 3 дня и проходили вживую вместе с самим классиком. Город Чусовой представляли 3 человека, в их числе Постниковы, отец и дочь: Леонард Дмитриевич и Ольга Леонардовна…
По совпадению обстоятельств в мае 1999 года, вскоре после празднования в Красноярске юбилея В.П.Астафьева в чусовском КДЦ состоялась выставка работ Н.К. и Ю.Н. Рерихов, вызвавшая большой ажиотаж среди чусовской интеллигенции…
Казалось, бы эти 2 события ничего не объединяло, но оказалось, что это не совсем так. Рериховская выставка удивила всех и «родила» идею создания в Чусовом Лиги защиты культуры, которая тогда же под «горячую руку» и была создана. Одной из идей Лиги стала идея создание музея В.П.Астафьева в Чусовом, благо бывшей дом Астафьевых на ул.Партизанской, 76 был выкуплен администрацией г.Чусового у частного владельца (исполнитель – В.Ф.Бурьянов, инициатива – Л.Д.Постников). Об этой своей идее «лиговцы» сделали несколько публикаций в чусовских «Рабочем» и «Металлурге», провели субботник у астафьевского дома (убрали весь битый кирпич и шифер) и сделали тот почин, который стал главной темой нынешнего разговора – определили чусовлян близко знавших Виктора Астафьева по его учёбе, работе и жизни в Чусовом, разработали и разослали этим чусовлянам опросную анкету. Конечная цель этого почина – издание книги об истоках астафьевского творчества…В 2002 году эта работа была продолжена уже на другом более высоком уровне — в Чусовом был организован региональный литературный музей В.П.Астафьева, а 2 «лиговца» (директор и научный сотрудник) вошли в его состав. Случай уникальный – бывшие общественники стали во главе государственного учреждения…сейчас, к сожалению тенденция обратная – бюджетные учреждения ставят задачи сиюминутные!..
В числе первого ещё «лиговского» списка — «организованно» опрашиваемых о чусовском периоде жизни Виктора Астафева оказались: Г.Блинов, С.Балахонов, В.Хорошавцев, М.Козвонин, Л.Афонина…Затем это число росло по «мере поступления» — появились второй и третий списки…
Во второй список попали: В. и А. Чаплыгины, Ю.Ситнов, Л.Постников, П.Шардаков, С.Опарина, Г.Вершинина, Р.Белов, Л.Таран и Н.Армишева, Д.Ризов…
В третий список попали: Е.Рождественская, С.Ваксман, А.Беликов, Г.Клиндух и В.Чупин, А.Нечаев…
В 2004 году, через 5 лет после составления и рассылки астафьевской анкеты вышла книга В.Маслянка «По следам «Весёлого солдата», а в 2013м — её второе издание, которое очень высоко оценил друг Виктора Астафьева – писатель из СПБ Михаил Кураев…В оба издания не вошли друзья и знакомые Виктора Астафьева из нового «третьего списка». Именно поэтому в 2020 году планируется третье расширенное издание «По следам «Весёлого солдата»…
Эстафета по следам астафьевского «весёлого солдата» продолжается!..
«ПУШКИНСКИЙ СЛЕД» ВИКТОРА АСТАФЬЕВА.
Виктору Астафьеву приписывают фразу: «За Пушкиным – путь наш!..» Оказалось, что для самого Астафьева это оказалось недалеко от истины в буквальном смысле. Исток любви к литературе у юного Вити Астафьева находится в игаркском детдоме, где наставником у него по русскому языку и литературе стал Игнатий Рождественский, в роду которого прапра дедушкой и бабушкой значатся Матвей Михайлович Муравьёв и Анна Изотовна Пушкина из рода Пушкиных. Ярким примером «для юноши, обдумывающего житьё» для самого Александра Пушкина стал не отец, Сергей Львович, а его дядя, поэт и путешественник Василий Львович, которому в 2020 г. исполнится 250 лет. А для Астафьева – таким примером стал Игнатий Рождественский, которому в 2020 г. исполнится 110 лет — учитель, журналист, поэт, член СП РСФСР с 1946 года – т.е. на 12 лет раньше своего знаменито-именитого ученика (кстати, учитель был старше своего ученика всего на 14 лет)…
В итоге получилось, что примером для Виктора Астафьева в начале литературного пути стал Игнатий Рождественский, а для внука Игнатия Рождественского, Антона Нечаева, таким примером стал… Виктор Астафьев!.. Воистину, в природе существует не только круговорот воды, но и круговорот талантов!..
ЛИТЕРАТУРНОЕ ПРИНОШЕНИЕ 2020.
Прошедший День Памяти Виктора Астафьева 29 ноября стал знаменательным. Именно в этот день в Чусовой электронной почтой пришла благая весть, которую можно считать новогодним литературным приношением-подарком 2020 : «объявился» внук Игнатия Дмитриевича Рождественского – Антон Нечаев !..И как объявился !..
Антон Николаевич Нечаев учился в Красноярском педагогическом институте, Литературном институте имени Горького (семинар Евгения Рейна). Член Союза российских писателей. Автор 5 книг.
Дебютная публикация: журнал «Юность», 7й номер за 1991г.; печатался в журналах «Смена», «Сибирские огни», «Вестник Европы», «День и ночь», «Байкал», «Дети Ра» , «Ликбез», «Стороны света», «Флорида», «Воздух»; газетах «Трибуна» и «Литературная Россия», в периодических изданиях Израиля, США, Польши, Румынии. Живёт в Красноярске, в Академгородке, недалеко от дома М.и В.Астафьевых.
Благословил Антона Нечаева в большую литературу… Виктор Петрович Астафьев, вот как об этом написал сам Антон Николаевич об этом событии в своей книге «Сибирский редактор» :
«Сам того не желая, я стал продолжателем дедовской линии. Также пишу стихи и в глазах многих литературно функционерствую: раздаю премии молодым литераторам от имени одного покойного советского классика, дедовского друга и ученика. Моего крестного папы.
Первый мой стих назывался «Ленин в Шушенском», и это свидетельствовало не столько о моем полном идиотизме, ибо на дворе были девяностые годы, и никакой Ленин давно уже не котировался, сколько о вхождении в мою хрупкую душу беспокойного дедушкиного талантика, посвящавшего Ильичу в былые годы сотни однообразных восторженных строк без смысла и оригинального выражения, созданных для угоды, ради лояльности и хорошего гонорара. Тем не менее зав. отделом поэзии областной газетенки, куда я этот стишок направил, ответил пространным серьезным письмом, где ни словом не обмолвился о неактуальности темы, а лишь разъяснил начинающему поэту основы стихосложения, покритиковал рифмы и пожелал успехов. Получить письмо из редакции было приятно, и на «Ленине в Шушенском» я не задержался. Следующее стихотворение называлось «Ленин в ноябре», и в нем мне виделись свой стиль и оригинальность мысли, ведь до меня не было стихов про Ленина в ноябре, а были лишь о Ленине в октябре и в феврале, так что я, несомненно, вносил в отечественную поэтику новую составляющую. Правда, что это был конкретно за ноябрь, я так и не разобрался, и содержательно ничем от Ильича в иные месяцы стихотворение не отличалось. Письмо из другой газеты в ответ на моего ноябрьского вождя пришло незамедлительно: оно не было уже таким поучающим и полезным, скорее было просто отпиской редактора от автора-идиота. Время все же менялось, и редакторы постепенно умнели. Но как волнительно было с утра, пока весь дом спит, красться к почтовому ящику, доставать оттуда конверт с печатями, прятать его под майку или в штаны и осторожно, стараясь не привлекать внимания шорохом раздираемой бумаги, сидя на унитазе, читать вежливое взвешенное послание умного и, наверняка, талантливого человека.
Когда ответов накопилось с полтысячи, а каждый более свежий был более и сухим, я понял бессмысленность существования газетных редакций. И вправду, к чему они надобны, если не могут углядеть в молодом поэте очевидного поэтического огня? Заходить нужно было с другой стороны.
Классик, дедовский ученик, заходил к нам частенько, выражая благодарность семье учителя своей незабывчивостью, попутно демонстрируя близость к народу, а заодно исподволь разведывая у народа истинное к нему, классику, отношение. Был он щедр, красив, разговорчив – неотразим. Бабушка глядела на Петровича, подперев голову, и только вздыхала: «Ах, какой славный, смелый, а юморит как!» Мать перед его приездом (а Петрович всегда предупреждал звонком) пыхтела на кухне, извлекая из недр своих кулинарных способностей самые сокровенные и таинственные. И Петрович благодарил – улыбками, ласковостью, целованием ручек, сверканием глазок. Ему-то, дорогому старшему и влиятельному коллеге, я и решил довериться в своих поэтических неуспехах.
Петрович хмуро принял листки отпечатанного текста, я явно портил ему вечер, и бросил сквозь зубы, увязшие в масляном семужьем балыке: «Позже гляну».
В тот вечер так и не глянул: усилия, потраченные на поиск печатной машинки, нудный договор с машинисткой, которая из жалости к начинающему стихотворцу сперва согласилась набрать задаром два десятка страничек под диктовку, в процессе же двадцать раз пожалела, что не взяла ни копейки с этой бездарности, кажется, шли прахом. Ни на следующий день, ни спустя неделю Петрович не позвонил. Лишь на десятый день трубка затрепетала от мощи голоса любимого классика. «Щас приеду, ждите» – только и сказал он. Толком готовиться было поздно, мать быстро нарезала колбасы, бабушка поковыляла за сыром в ближний магазин, но к приезду Петровича не успела – наткнулась на очередь, да и приехал сам после звонка минут через десять. Зашел радостный, улыбающийся; привез армянский коньяк. От ужаса у меня вспотела спина, я шагу не мог сделать из своей комнаты, не смог бы и поздороваться – под языком образовалась холодная жестяная корка, которую не получалось ни проглотить, ни выплюнуть. Петрович сам зашел ко мне в комнату, я сидел за столом, не оборачиваясь, деля вид, что играю в свою любимую игру – оловянных солдатиков. «Здравствуй» – ласково молвил классик, положа руку мне на затылок и явно не ожидая ответа, глубокой мудростью своей понимая мое состояние. «Я все прочел» – тон его был серьезен, ни грамма смешинки мне не услышалось. «Ты талант, это бесспорно» – пот на моей спине застыл в удивлении, моментально превращаясь в глетчер. «Давай выйдем в гостиную, поговорим» – Петрович потянул меня за плечо, я поплелся за ним, невзирая на обнадеживающее начало, не ожидая ничего хорошего. Мне налили коньяку, пододвинули подоспевший сыр. «Если хочешь, я тебя напечатаю» – начал свою речь классик, – «И напечатаю в самых лучших изданиях. Но ты сам должен решить, хочешь ты этого или нет. Можешь подумать, а можешь ответить прямо сейчас. Но помни: литература, а особенно поэзия – это большая ответственность, это рок, судьба, печать, часто трагедия или драма. Лучше бы тебе не быть поэтом, а быть слесарем или учителем: ведь поэты часто клянут свой дар, мечтают о тихой спокойной профессии, но раз ступив на поэтический путь, сойти с него они уже не могут, и рады бы отказаться, но держит их дарование, не отпускает, и множество бед от них отводит, и бережет, но множество бед и забот прибавляет, с которыми не справиться обычному человеку. Не справляются и поэты: столько на этой стезе погибших. Все погибшие. Так что думай сам, и помни, что ты сам будешь отвечать за свое решение». Коньяк ласково жег нутро, ледник на спине чудодейственно испарился: «Чего тянуть?» – я подумал. «Согласен. Хочу» – неожиданно севшим голосом прохрипел я. Петрович помедлил, налил себе стопку, покачал ее на весу: «Ну и добре. Пусть так и будет» – как-то жалостливо сказал он, – «Завтра же я вышлю твои стихи в основные журналы, уверен, многие откликнутся положительно. Об одном тебя прошу: о Ленине не пиши больше».
Так появилась первая публикация Антона Нечаева в седьмом номере журнала «Юность» за 1991 год. В 1998-м из рук Виктора Петровича Антон Николаевич в Красноярске получил диплом и премию астафьевского литературного конкурса.

Антон Николаевич получил премию в 27 лет. Виктор Астафьев в этом же возрасте опубликовал в газете свой первый рассказ «Гражданский человек». Так получилось, что примером для Виктора Астафьева стал Игнатий Рождественский, а для внука Игнатия Рождественского Антона Нечаева примером стал Виктор Астафьев !..
Наступающий 2020 год богат на юбилеи : 250 лет Василию Пушкину, 110 лет Игнатию Рождественскому, 100 лет Марии Астафьевой, 50 лет Антону Нечаеву, 25 лет Евгении Нечаевой !.. Попытка связать воедино эти имена привела к фантастическим открытиям !

 

К-1К-2К-3К-4К-5К-6К-7К-8К-9К-10К-11К-12КалендарьРЖДК-13К-14

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *